§ 3. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела

1. Поводом для решения вопроса о возбуждении уголовного дела следовало бы считать получаемые из установленных законом источников сведения (информацию) о событии, факте, чьем-то поступке, содержащем признаки преступления.
В учебной и научной юридической литературе часто высказывается и иное мнение - под поводом понимается не информация, а источник, из которого ее получают. Такое не совсем удачное истолкование имеет под собой определенное основание. Оно - результат буквального понимания сказанного в ст. 140 УПК, где при характеристике поводов акцент делается на видах источников, их перечислении, а не на получаемой с их помощью информации. Подобный подход можно было бы объяснить не недооценкой значения содержания и характера информации, а стремлением законодателя обеспечить положение, при котором сведения (информация) получались бы из доброкачественных источников, а не, скажем, из неизвестно кем распространяемых слухов либо вымыслов "модных" в наши дни экстрасенсов, парапсихологов, ясновидцев, шаманов и даже обычных гадалок.
В названной статье УПК приведен перечень поводов для возбуждения уголовных дел, состоящий из 3-х пунктов, в которых названы:
заявление о преступлении;
явка с повинной;
сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников.
Анализ этого перечня дает основание говорить прежде всего о том, что законодатель не преследовал цели возведения "китайской стены" между сведениями и их источниками. К примеру, совершенно ясно, что обстоятельством, побуждающим компетентные органы приступить к решению вопроса о возбуждении уголовного дела, может служить как сам по себе факт получения заявления или письма конкретного гражданина, так и то, о чем говорится в нем. Прокурора или иное должностное лицо, уполномоченное решать вопрос о возбуждении уголовного дела, "подталкивают" к выполнению соответствующих действий попавшие в их поле зрения сведения, полученные из заслуживающего доверия источника.
Наиболее распространенным поводом является заявление о преступлении. В соответствии со ст. 141 УПК заявления могут быть устными и письменными.
Устные заявления должны оформляться протоколами, в которых отражаются т.н. установочные данные (время и место составления протокола, сведения о должностном лице, составившем протокол, о заявителе и др.), факт предупреждения заявителя об уголовной ответственности за ложный донос, которая предусматривается ст. 306 УК, а также изложение содержания сделанного заявления (заносится в протокол от первого лица). Подписывается протокол заявителем и составившим протокол должностным лицом компетентного правоохранительного органа.
Такой протокол должен называться протоколом заявления о принятии устного заявления о преступлении (приложение 2 к ст. 476 УПК). Он не может быть заменен, скажем, протоколом допроса свидетеля, поскольку до вынесения постановления о возбуждении уголовного дела никакие допросы производить нельзя. Недопустима его замена и протоколом, фиксирующим объяснения, скажем, очевидца преступления, поскольку протокол такого рода обычно составляется по правилам, установленным для проведения оперативно-розыскных, а не уголовно-процессуальных действий.
Заявления о преступлении, которые делаются в ходе производства по возбужденному уголовному делу (при совершении какого-то следственного действия - скажем, при предъявлении к опознанию - или в ходе судебного заседания), должны заноситься соответственно в протокол следственного действия либо судебного заседания (ч. 4 ст. 141).
Что касается письменных заявлений, то уголовно-процессуальное законодательство, формулируя требования, предъявляемые к ним, говорит лишь о том, чтобы они были подписаны заявителями. Никаких других требований к их оформлению оно, как правило*(218), не предъявляет. Это можно объяснить тем, что закон стремится обеспечить реальную возможность каждому гражданину, иностранцу или лицу без гражданства беспрепятственно, "без соблюдения формальностей" сделать сообщение о готовящемся, совершаемом или совершенном, с его точки зрения, преступлении и тем самым оказать содействие в выявлении преступления и его раскрытии.
В связи с характеристикой рассматриваемого повода к возбуждению уголовного дела важно иметь в виду, по крайней мере, еще три положения.
Первое из них касается особенностей обращения с анонимными заявлениями, т.е. заявлениями, не подписанными либо имеющими вымышленные подписи. Согласно ч. 7 ст. 141 УПК анонимные заявления не могут рассматриваться в качестве поводов к возбуждению уголовных дел.
Но это не означает, что заявления такого рода должны всегда и полностью игнорироваться. В тех случаях, когда в анонимном заявлении речь идет о событиях или деяниях, содержащих признаки преступления и требующих реагирования компетентных государственных органов, то сказанное в нем должно быть проверено в установленном порядке, в том числе с осуществлением оперативно-розыскных действий.
Такой подход к ним давно выработан практикой и подтвержден, в частности, Инструкцией о порядке рассмотрения и разрешения обращений и приема граждан в органах и учреждениях прокуратуры РФ, утвержденной приказом Генеральной прокуратуры РФ от 15 января 2003 г. N 3. В п. 2.6 данной Инструкции сказано: "Обращения (граждан и должностных лиц. - К.Г.), не содержащие сведений о лице (фамилию и его местонахождение (адрес), признаются анонимными и оставляются без разрешения. При наличии в таких обращениях сообщений о готовящихся или совершенных преступлениях - направляются в правоохранительные органы по принадлежности".
Имеется в виду, что сведения, полученные этими органами в ходе проверки таких заявлений, и будут служить поводом к возбуждению дела. Именно так решен данный вопрос в п. 28 Инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения в органах внутренних дел РФ сообщений о преступлениях и иной информации о правонарушениях, утвержденной приказом МВД РФ от 13 марта 2003 г. N 158*(219). "Анонимные заявления, - говорится в этом пункте Инструкции, - поступившие по почте, в которых содержатся признаки совершенного или готовящегося преступления, без регистрации передаются в соответствующие подразделения органа внутренних дел для возможного использования в установленном порядке в оперативно-розыскной деятельности".
Другими словами, в подобных случаях поводом для возбуждения уголовного дела в конечном счете становится то, что в п. 3 ч. 1 ст. 140 УПК названо "сообщением о совершенном или готовящемся преступлении, полученным из иных источников" (об этом поводе для возбуждения уголовного дела см. ниже в данном параграфе).
Второе положение связано с особенностями производства по делам, возбуждение которых ставится в зависимость от волеизъявления потерпевших от преступления. Это прежде всего неоднократно упоминавшиеся выше дела частного и частно-публичного обвинения (см., например, § 10 гл. 1 и § 3.7 гл. 4 учебника).
С такими делами (точнее: с делами частно-публичного обвинения) имеют определенное сходство дела о преступлениях, причинивших вред интересам исключительно коммерческой или иной организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием. Имеются в виду предусмотренные гл. 23 УК преступления против службы в коммерческих организациях*(220) в случаях, когда преступлением такого рода не причинен вред интересам других организаций, а также интересам граждан, общества или государства.
По правилу, установленному в ст. 23 УПК, дела такого рода подлежат возбуждению при наличии заявления руководителя*(221) той организации, которой причинен вред, или с его согласия. Дальнейшее производство по такому делу после его возбуждения, по идее, должно осуществляться в общем порядке, т.е. по правилам, установленным для дел публичного обвинения*(222).
Наконец, третье положение, касающееся рассматриваемого повода к возбуждению уголовного дела (заявлений о преступлениях), заключается в том, что при характеристике данного повода весьма важно знать правила работы с заявлениями о преступлениях, подаваемыми в органы внутренних дел. Именно в эти органы чаще всего идут люди с заявлениями подобного рода.
Порядок работы с ними (такими заявлениями) установлен упомянутой выше Инструкцией о порядке приема, регистрации и разрешения в органах внутренних дел РФ сообщений о преступлениях и иной информации о правонарушениях, утвержденной приказом МВД РФ от 13 марта 2003 г. N 158.

Она предусматривает, в частности, что при подаче гражданином заявления или поступлении иного сообщения о совершенном преступлении оно должно быть зарегистрировано, а его автору вручен талон-уведомление, подтверждающий факт подачи заявления. О подаче заявления информируется руководство соответствующего органа внутренних дел, и оно дает указания о том, что следует предпринять. В милиции существуют специальные подразделения (дежурные части), на которые возложено осуществление незамедлительных мер по проверке поступивших заявлений и принятию неотложных мер. Знание правил получения заявлений граждан, их регистрации и реагирования на них весьма полезно для тех случаев, когда приходится проверять законность и обоснованность действий органов внутренних дел, приведших к возбуждению или отказу в возбуждении уголовного дела*(223).
В связи с характеристикой понятия "заявление о преступлении" как повода для возбуждения уголовного дела важно обратить внимание на то, что в ст. 141 УПК, посвященной именно этому поводу, прямо не предписано, чтобы заявление о преступлении обязательно исходило от гражданина (иностранца или лица без гражданства), а также учесть и то, что в упомянутой выше ст. 23 УПК допускается возможность возбуждения уголовного дела по заявлению руководителя организации. Эти обстоятельства дают основание предположить, что заявителем, упоминаемым в ст. 141 УПК, можно считать как частное лицо, действующее от своего имени, так и лицо, действующее от имени организации, государственной или негосударственной.
Особенностью заявлений, исходящих от последних, следовало бы считать то, что они должны составляться по правилам оформления служебных документов - на бланке соответствующей организации, с указанием ее наименования, юридического и фактического адреса, номеров телефона, факса, иных средств связи, должностного положения подписавшего сообщение лица и т.д.
Существенным моментом для характеристики сообщений, исходящих от государственных организаций и должностных лиц, является то, что в некоторых случаях сообщение правоохранительным органам о фактах, в которых можно усматривать признаки преступлений, вменяется в обязанность должностных или иных лиц.
К примеру, Инструкция о порядке взаимодействия лечебно-профилактических учреждений и органов внутренних дел РФ при поступлении (обращении) в лечебно-профилактические учреждения граждан с телесными повреждениями насильственного характера, утвержденная приказом Минздрава РФ и МВД РФ от 9 января 1998 г., предписывает всем лечебно-профилактическим учреждениям, независимо от ведомственной подчиненности и формы собственности, незамедлительно сообщать "в дежурные части органов внутренних дел о всех фактах поступления (обращения) граждан с телесными повреждениями насильственного характера, а также граждан с телесными повреждениями, находящихся в бессознательном состоянии".
Инструкция конкретизирует, какие телесные повреждения имеются в виду:
телесные повреждения, связанные с огнестрельными, колото-резаными, рублеными ранами, переломами, обморожениями, ушибами, сотрясением мозга и т.д.;
телесные повреждения и отравления, связанные с покушением на самоубийство;
телесные повреждения и отравления, полученные при ожогах кислотами и различными токсичными веществами;
ранения и травмы, полученные при взрывах и других чрезвычайных происшествиях;
травмы и ранения, связанные с неосторожным обращением с огнестрельным оружием и боеприпасами;
травмы, полученные в результате дорожно-транспортных происшествий;
телесные повреждения и травмы, связанные с неудовлетворительным состоянием строительных конструкций, зданий, сооружений и нарушениями техники безопасности на производстве;
иные телесные повреждения при подозрении на насильственный характер их происхождения.
Обязанность своевременного направления такого рода информации в органы внутренних дел должна быть возложена на конкретное должностное лицо приказом руководителя соответствующего лечебно-профилактического учреждения. Что касается физических лиц, занимающихся частной медицинской практикой, то такая обязанность возлагается Инструкцией на них непосредственно.
Положением о расследовании и учете несчастных случаев на производстве, утвержденным постановлением Правительства РФ от 11 марта 1999 г. N 279*(224), установлена также обязанность направлять сообщения о несчастных случаях, повлекших тяжкие последствия, прокурору и некоторым другим учреждениям. Непосредственно эта обязанность возложена на работодателей или уполномоченных ими лиц.
Разновидностью рассматриваемого повода для возбуждения уголовного дела можно считать и статьи, заметки, иные сообщения о преступлении, публикуемые средствами массовой информации. То, что такого рода сообщения могут рассматриваться в качестве повода для возбуждения уголовного дела, подтверждается сказанным в ч. 2 ст. 144 УПК. Однако их специфика выражена в положении о том, что подобные сообщения начинают служить обстоятельством, приводящим в движение производство по уголовному делу, лишь тогда, когда прокурор обратит внимание на них и поручит соответствующую проверку.
Явкой с повинной как поводом для возбуждения уголовного дела следовало бы считать добровольное вступление лица, совершившего преступление, в контакт с органом или должностным лицом, обладающим полномочием возбуждения уголовного дела, и добровольное сообщение ему о содеянном. Явка с повинной (вступление в контакт и признание факта совершения преступления) должна фиксироваться в протоколе, подписываемом явившимся и соответствующим должностным лицом (приложение 3 к ст. 476 УПК).
Явка с повинной не только является одним из поводов к возбуждению уголовного дела, но и может послужить в качестве обстоятельства, дающего при определенных условиях основание для прекращения такого дела (ст. 28 УПК) или смягчения наказания при постановлении приговора (п. "и" ч. 1 ст. 61 УК). С учетом этого Пленум Верховного Суда РФ сформулировал существенные положения, касающиеся определения понятия явки с повинной. В своем постановлении "О практике назначения судами уголовного наказания" от 11 июня 1999 г. N 40 он разъяснил, что судам при решении вопроса о том, действительно ли при производстве по делу состоялась явка с повинной, "необходимо проверять, являлось ли заявление, поданное в органы расследования, или сообщение (в любой форме) о преступлении, сделанное должностному лицу органа расследования, добровольным и не связано ли это с тем, что лицо было задержано в качестве подозреваемого и подтвердило свое участие в совершении преступления.
Если по делу, возбужденному по факту совершенного преступления, лицо, его совершившее, не установлено, добровольное заявление или сообщение лица о содеянном им должно рассматриваться как явка с повинной. Как явку с повинной следует рассматривать также заявление лица, привлеченного к уголовной ответственности, о совершенных им иных преступлениях, неизвестных органам расследования".
Сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников, - весьма распространенный повод для возбуждения уголовного дела. Оно может быть получено, например, в ходе проверки органом дознания сообщения о совершенном правонарушении, повседневной деятельности участковых инспекторов милиции, ее патрульных подразделений, работников служб безопасности дорожного движения, а также в процессе предварительного расследования уголовных дел (выявляются доказательства, подтверждающие совершение преступления, которое не было в поле зрения при возбуждении данного дела).
В соответствии со ст. 143 УПК содержание такого сообщения должно в конечном счете приобрести форму составленного должностным лицом, принявшим сообщение, письменного документа - рапорта об обнаружении признаков преступления (приложение 1 к ст. 476 УПК).
В случаях, когда информация о преступлении получается по результатам оперативно-розыскных мероприятий, важную роль в ее оценке призван играть учет предписаний упоминавшейся выше межведомственной Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд от 13 мая 1998 г.
В ее п. 1 отмечено, в частности, что "результаты ОРД (оперативно-розыскной деятельности. - К.Г.) отражаются в оперативно-служебных документах (рапортах, справках, сводках, актах, отчетах и т.п.). К оперативно-служебным документам могут прилагаться предметы и документы, полученные при проведении ОРМ (оперативно-розыскных мероприятий. - К.Г.):
В случае проведения в рамках ОРД оперативно-технических мероприятий (далее - ОТМ) результаты ОРД могут быть также зафиксированы на материальных (физических) носителях информации (фонограммах, видеограммах, кинолентах, фотопленках, фотоснимках, магнитных, лазерных дисках, слепках и т.п.)".
Представление результатов ОРД органу дознания, следователю, прокурору или в суд производится на основании постановления руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, и означает передачу в установленном законом и Инструкцией порядке конкретных оперативно-служебных документов, которые после определения их относимости, допустимости и значимости для уголовного судопроизводства могут быть приобщены к уголовному делу.
В соответствии со ст. 12-15 Инструкции постановление о представлении результатов ОРД должно состоять из трех частей: вводной, описательной и резолютивной:

- вводная часть включает в себя наименование документа, место и время его вынесения, фамилию, имя, отчество, должность и звание (воинское, специальное) руководителя органа, осуществляющего ОРД, а также основания вынесения данного постановления;
- в описательной части указывается, в результате какого ОРМ получены материалы и какие именно, для каких целей они представляются (использования в качестве поводов и оснований для возбуждения уголовного дела, подготовки и осуществления следственных и судебных действий, использования в доказывании по уголовным делам), когда и кем санкционировалось конкретное ОРМ, наличие судебного решения на его проведение. Завершается эта часть ссылкой на соответствующие положения ст. 11 и 12 Закона об оперативно-розыскной деятельности;
- в резолютивной части формулируется решение руководителя органа о направлении оперативно-служебных документов, отражающих результаты ОРД. Здесь же подробно перечисляются подлежащие направлению конкретные документы*(225).
В качестве не указанного в ч. 1 ст. 140 УПК повода для возбуждения уголовного дела может служить также поручение (требование, просьба, обращение) правоохранительного органа зарубежного государства, с которым у Российской Федерации заключен договор о правовой помощи по уголовным делам (о договорах такого рода см. § 8 гл. 2 и § 1 и 2 гл. 25 учебника). К примеру, в ч. 1 ст. 72 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, одобренной в Минске 22 января 1993 г. и вступившей в силу 10 декабря 1994 г., установлено: "Каждая Договаривающаяся Сторона обязуется по поручению другой Договаривающейся Стороны осуществлять в соответствии со своим законодательством уголовное преследование против собственных граждан, подозреваемых в том, что они совершили на территории запрашивающей Договаривающейся Стороны преступление (курсив мой. - К.Г.)".
Речь идет о случаях, когда российский гражданин во время пребывания на территории, скажем, Республики Молдова совершает деяние, содержащее признаки преступления, и после этого возвращается в Россию. Тем временем местные правоохранительные органы вскрывают данный факт и собирают данные, подтверждающие его. Обладая такими данными, они обращаются в порядке, установленном названной Конвенцией, к компетентным российским правоохранительным органам с поручением об уголовном преследовании соответствующего лица. И такое поручение должно влечь возбуждение уголовного дела.
Поручение становится поводом, обязывающим к возбуждению уголовного дела, при условии, если оно оформлено по правилам, изложенным в Конвенции. Ее ч. 1 ст. 73 устанавливает, в частности, следующее:

"Поручение об осуществлении уголовного преследования должно содержать:
а) наименование запрашивающего учреждения;
б) описание деяния, в связи с которым направлено поручение об осуществлении преследования;
в) возможно более точное указание времени и места совершения деяния;
г) текст положения закона запрашивающей Договаривающейся Стороны, на основании которого деяние признается преступлением, а также текст других законодательных норм, имеющих существенное значение для производства по делу;
д) фамилию и имя подозреваемого лица, его гражданство, а также другие сведения о его личности;
е) заявления потерпевших по уголовным делам, возбуждаемым по заявлению потерпевшего, и заявления о возмещении вреда;
ж) указание размера ущерба, причиненного преступлением.
К поручению прилагаются имеющиеся в распоряжении запрашивающей Договаривающейся Стороны материалы уголовного преследования, а также доказательства".
Хотя перечень названных в ч. 1 ст. 140 УПК поводов считается многими исчерпывающим и в нем нет упоминания о поручениях правоохранительных органов других государств, поручения подобного рода вполне должны служить поводами при возбуждении уголовных дел. Такое решение диктуется предписанием, содержащимся в ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, в силу которого при несоответствии закона положению договора Российской Федерации применяться должно последнее.
2. Основанием для возбуждения уголовного дела, как сказано в ч. 2 ст. 140 УПК, является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления. В этом предписании закона следовало бы обратить внимание на два момента.
Во-первых, на то, что в нем говорится не о доказательствах, а о "наличии достаточных данных". Тем самым подчеркивается, что в момент принятия решения о возбуждении уголовного дела, как правило, еще нет и быть не может в полном объеме того, что по закону считается уголовно-процессуальными доказательствами (см. § 5 гл. 7 учебника). О "достаточных доказательствах" речь идет не в такой момент, а позже - в частности, при привлечении лица в качестве обвиняемого, когда можно с известной долей определенности говорить о том, кто совершил преступление и в чем конкретно выразилось это преступление (см. § 1 и 2 гл. 12 учебника).
Однако такое несколько "сниженное" требование к подтверждению признаков преступления не должно расцениваться как возможность принятия произвольного решения. Ориентация на необходимость обладания достаточными данными говорит о том, что должностное лицо при возбуждении уголовного дела обязано иметь материалы (сведения, информацию, факты, данные), необходимые для принятия обоснованного решения.
Во-вторых, указанное предписание ч. 2 ст. 140 УПК ориентирует на то, чтобы в момент возбуждения уголовного дела соответствующее должностное лицо располагало данными, указывающими "на признаки преступления". Оно не требует установления состава преступления, т.е. преступления во всех его признаках, предусмотренных конкретными статьями Особенной части УК. И это сравнительно "смягченное" предписание можно объяснить, как отмечено выше, тем, что решение о возбуждении уголовного дела означает всего лишь решение начать производство по делу, осуществить проверку данных о наличии всех признаков преступления в каком-то событии, факте, поступке и т.п., а после этого уже - строить выводы относительно того, было ли в действительности совершено преступление и кем именно.
Таково минимальное требование закона к основанию для возбуждения уголовного дела. В жизни, однако, довольно часто к моменту принятия решения о деянии или событии, по поводу которого стоит вопрос о возбуждении уголовного дела, известно значительно больше - к примеру, взяточник или карманный вор "схвачен за руку", убийца или насильник задержан при совершении соответствующего деяния. У принимающего решение должностного лица в таких случаях имеются необходимые данные для вывода не просто о наличии или отсутствии каких-то отдельных признаков преступления, а о том, какое именно было совершено преступление, о его времени и месте, способах и использованных средствах, размере причиненного ущерба, а также о том, кто его "автор", какими мотивами он руководствовался и т.д.
При таких условиях соответствующему должностному лицу предоставлено право вынести постановление о возбуждении уголовного дела не в связи с установлением признаков преступления в каком-то факте, поступке или событии (как говорят практики, - "по факту"), а в отношении конкретного лица с указанием конкретного преступления. Решению о возбуждении уголовного дела в таких условиях действующий УПК придает особый юридический смысл. Факт его принятия может иметь существенное юридическое значение, о чем речь пойдет ниже, в частности, при характеристике форм предварительного расследования.



.::Содержание::.