6. Судебно-арбитражная практика рассмотрения исков о расторжении соглашений о передаче споров на рассмотрение третейских судов

В период, предшествовавший принятию нового процессуального законодательства, в арбитражных судах отдельных регионов получила определенное распространение практика неправомерного применения положений федеральных законов об обязательности для сторон заключенного ими третейского соглашения и его процессуальном значении*(401).

В мотивировочной части таких постановлений делались ссылки не на нормативные правовые акты, а на опубликованное в журнале "Законодательство" в 2000 г. интервью М.К. Юкова. В этом интервью действительно сообщалось о том, что в процессе подготовки проекта нового АПК РоссийскойФедерации неназванные эксперты Совета Европы предложили предусмотреть в Кодексе возможность обращения в государственный суд с иском по существу спора независимо от наличия между сторонами третейского соглашения и оттого, рассматривается ли дело в третейском суде*(402).

В мотивировочной части одного из принятых судебных актов содержание статьи М.К. Юкова воспроизводится следующим образом: "Если одна из сторон возражает против рассмотрения спора в третейском суде, несмотря на действительное третейское соглашение, третейский суд автоматически теряет компетенцию по рассмотрению спора". Однако такого текста в цитируемом интервью нет*(403).

Подобная практика вызвала обоснованную критику специалистов и предпринимателей. Опубликованные судебные акты затрагивают основу основ любого третейского разбирательства -вопрос о соглашении сторон о передаче спора в третейский суд (далее - третейское соглашение) как основании наличия у третейского суда компетенции рассматривать спор. В конечном итоге Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ признал ошибочной практику одностороннего расторжения третейских соглашений. В постановлении Высшего Арбитражного Суда РФ от 27 ноября 2001 г. N 1293/01 указано: "апелляционная инстанция... привела ошибочный довод: "Если одна из сторон возражает против рассмотрения спора в третейском суде, несмотря на действительное третейское соглашение, третейский суд автоматически теряет компетенцию на рассмотрение спора", который противоречит статье 23 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьям 2, 3, 8 Временного положения о третейском суде для разрешения экономических споров в Российской Федерации"*(404).

Как было показано в настоящей главе, новый Федеральный закон "О третейских судах в Российской Федерации" и АПК 2002 г. закрепляют общепризнанные принципы третейского разбирательства, исключающие аномальную судебную практику по делам о так называемом расторжении третейских соглашений. В их числе:

  • принцип "компетенции-компетенции" (право арбитров самостоятельно рассматривать и решать вопрос наличия или действительности третейского соглашения);
  • принцип "безотзывности" третейского соглашения (недопустимость одностороннего отказа от ранее заключенного действительного третейского соглашения);
  • принцип относительной некомпетентности государственного суда (обязанность государственного суда оставить исковое заявление без рассмотрения в случае установления существования между сторонами спора действительного, не утратившего силу исполнимого третейского соглашения).

Ни одно из перечисленных положений на современном этапе развития института третейского суда не может трактоваться как возможность одностороннего расторжения третейского соглашения, в том числе путем обращения с иском в государственный суд.