"Незолотые" парашюты: спор о налоге на компенсации дошел до ВС

"Незолотые" парашюты: спор о налоге на компенсации дошел до ВС

Фото с сайта ktovkurse.com

Компании могут выплачивать работникам единовременные компенсации при увольнении, чтобы избежать сокращений и лишних претензий сотрудникам. Известно, что зарплаты уменьшают базу по налогу на прибыль, но можно ли отнести к таким же расходам выходные пособия по соглашению сторон? Об этом поспорили завод и ФНС, начислившая ему недоимку. Первая и вторая инстанция решили дело в пользу инспекции, кассация разделила позицию налогоплательщика. На заседании Верховного суда стороны поспорили об экономической обоснованности компенсаций.


В деле № А40-94960/15 ООО «Парламент Продакшн» (водочный завод в Балашихе, входящий в группу компаний «Руст») спорит с налоговой службой, уменьшают ли налог на прибыль компенсации работникам, увольняемым по соглашению сторон. Как считает ФНС, подобные затраты не связаны непосредственно с выполнением трудовых обязанностей, поэтому их нельзя признать экономически оправданными и включить в расходы (ст. 252 и 255 НК РФ). Поэтому чиновники учли 3,7 млн руб. компенсаций, выплаченных заводом в 2011–2012 годах, и доначислили 747 тыс. руб. налога на прибыль. «Парламент» отправился обжаловать это решение и потерпел поражение в первой и второй инстанциях. Суды согласились, что выплаты не имели производственного характера, не были связаны с режимом работы или условиями труда, а регулировали вопросы увольнения. Соглашения о расторжении трудового договора, в которых были условия о компенсациях, заключались незадолго до увольнения и не были подписаны во исполнение трудового или коллективного договора. А значит, их нельзя назвать экономически обоснованными, решили вслед за налоговиками АСГМ и 9-й ААС.


АС Московского округа, наоборот, разделил точку зрения «Парламента»: п. 25 ст. 255 НК не включает в базу налога на прибыль «другие виды выплат в пользу работника, предусмотренных трудовым договором и (или) коллективным договором». Сюда вполне можно включить спорные компенсации, решила кассационная "тройка" под председательством Натальи Буяновой. Законодатель вкладывал в норму именно такой смысл, поскольку с 1 января 2015 года он изменил другой пункт этой же статьи, девятый. Он исключил из базы по налогу на прибыль «начисления увольняемым работникам, в том числе в связи с реорганизацией или ликвидацией налогоплательщика, сокращением численности или штата работников», указал окружной суд. Кроме того, он принял ссылки «Парламента» на многочисленные письма Минфина, подтверждавшие его позицию.


Оптимизация как способ спасти репутацию


Налоговики с этим не согласились и обжаловали постановление кассации в Верховном суде, который выслушал доводы сторон сегодня, 21 сентября. Как подчеркнул директор по правовым вопросам ГК «Руст» Роман Рогалев, речь идет не о «золотых парашютах» – выплаты ниже годового или даже полугодового заработка. Они обоснованны экономически, потому что позволяют оптимизировать состав сотрудников и обойтись меньшими потерями, чем при сокращении штата или численности. В последнем случае работники вправе обжаловать увольнение, и малейших ошибок в документах бывает достаточно, чтобы суд встал на их сторону и обязал компанию выплатить намного больше, пояснил Рогалев. Он привел еще один аргумент против сокращений – они окружают компанию дурной славой, и ей становится сложнее найти хорошие кадры. «Мы производим выплаты не для того, чтобы уменьшить базу по налогу или позаботиться о работниках, а исходя из собственных рисков и интересов», – отметил юрист «Парламента».


Соглашение о расторжении трудового договора является его частью, ведь оно подписывается тогда, когда работник еще занимает свое место, подчеркнул Рогалев. Он повторил и довод об изменении п. 9 ст. 255, который исключил из базы по налогу на прибыль выплаты увольняемым работникам. Это не новое положение, оно конкретизирует общую волю законодателя, подчеркнул юрист «Парламента».


– Каким вы все-таки пунктом 255-й статьи руководствовались, девятым или двадцать пятым? – осведомилась председательствующая Татьяна Завьялова [девятый говорит о компенсациях увольняемым работникам, двадцать пятый – об иных выплатах, предусмотренных трудовым или коллективным договором – Право.ru].


Рогалев ответить затруднился.


– Но это же основной вопрос, – сказала Завьялова.


Поразмыслив, юрист ответил, что налогоплательщик толковал оба пункта комплексно. Затем председательствующая попросила его уточнить, чем все-таки обоснованы компенсации с экономической точки зрения. Как ответил представитель «Парламента», надо ориентироваться на их размер (он небольшой относительно подобных обязательных выплат). Юрист рассказал, что сокращения все-таки не было, но была оптимизация – например, пару сотрудников могли заменить одним, который работал за двоих. На вопрос Завьяловой, подтверждено ли это какими-либо документами, Рогалев ответил отрицательно.


О форме и сути компенсаций


Работодатель может выплачивать какие угодно компенсации при увольнении, но это не значит, что все они должны уменьшать базу налога на прибыль, возражал советник отдела Правового управления ФНС Андрей Рымарев. Ограничения все-таки есть: по мнению ФНС, выплаты должны формально и фактически соответствовать Налоговому кодексу. Формальный критерий означает, что компенсации должны быть предусмотрены трудовым или коллективным договором. Фактический критерий подразумевает связь с трудовыми функциями работника. По словам Рымарева, соглашения о расторжении подписывались за день до увольнения и к трудовому договору не относятся. Измененный п. 9, на который ссылается АС МО, имеет в виду обязательные по закону выходные пособия (ст. 178 ТК), а не компенсации по соглашению сторон, убеждал Рымарев. Сослался он и на позицию Высшего арбитражного суда по делу "Лензолота". Как гласит постановление его Президиума 13018/10 от 1 марта 2011 года, единовременное пособие работнику при увольнении не учитывается в составе расходов. А письма Минфина не привязаны к конкретным хозяйственным операциям, руководствоваться ими можно лишь на свой страх и риск, отметил советник ФНС.


– Вы отрицаете возможность расширительно толковать ст. 255, – обратилась к нему Завьялова. – Но я не уловила, почему нельзя применять пункт 25, который допускает любые расходы, предусмотренные трудовым или коллективным договором.


Рымарев ответил, что стоит учитывать форму и цель выплат.


– Надо ли оценивать экономическую оправданность, или несоответствие форме важнее? – уточила Завьялова. – Ведь выплаты адекватны трудовой функции и зарплате.


На это советник ФНС ответил, что размер компенсаций – «золотых» или нет, – роли не играет, а экономическая обоснованность зависит от того, направлены ли траты на получение дохода. А экономколлегия не стала принимать окончательного решения: она отменила все акты нижестоящих инстанций и отправила спор на новое рассмотрение.